Синодальный Отдел
Московского Патриархата
по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными органами

   
 
Демографическая война в России
Генерал Каппель. Возвращение.
IV Сборы военного духовенства
V Сборы военного духовенства
ХVI Рождественские Чтения. Военная секция
Поиск по сайту
rss2
rss2
Главная arrow Тюремное служение arrow Нам такой помощник кстати
Нам такой помощник кстати Версия для печати Отправить на e-mail
В рамках XII Международных образовательных Рождественских чтений состоялось заседание секции, посвященное вопросам духовного просвещения в правоохранительных учреждениях. Священнослужители и миряне, окормляющие осужденных и заключенных и оказывающие им материальную помощь, поделились опытом, обсудив проблемы, возникающие в процессе этой деятельности. С докладом на секции выступил заместитель начальника ГУИН Минюста России С.Н.Болтков. Наш корреспондент задал ему несколько вопросов.

Сергей Николаевич, не могли бы Вы представить обобщенный портрет современного сотрудника уголовно-исполнительной системы?

— Вопрос, который Вы задали, нуждается в серьезном научном исследовании. Такую задачу ГУИН поставил перед нашим НИИ. Она будет решаться. Это крайне важный вопрос и для нас: с кем мы работаем сегодня. Я могу высказать лишь точку зрения, основанную на собственных наблюдениях.

За последние 10-12 лет уголовно-исполнительная система изменилась коренным образом. Самое главное, она стала совершенно открытой. Сегодня в учреждениях в качестве гостей нередко можно увидеть корреспондентов разных СМИ (телевидения, радио, газет), причем не только отечественных, но и иностранных, представителей общественных организаций. Создан общественный совет при Министре юстиции, в состав которого вошли известные правозащитники, представители различных организаций. Они следят за соблюдением законности в местах лишения свободы и оказывают им различную помощь. Полным ходом идет работа над законом об общественном контроле за системой.

Мы помним время, когда системе задерживали финансирование. И хотя на питание осужденным выделяли мизерные средства, они получали свою норму жиров. Сотрудники же, которым задерживали по три-четыре месяца выплату заработной платы, не могли купить детям сливочного масла. И, тем не менее, порой, если освобождавшемуся осужденному не в чем было поехать к месту жительства, сотрудники приносили ему свою гражданскую одежду.

В 2000 году в местах лишения свободы находилось свыше миллиона осужденных. Благодаря законодательной инициативе и мерам, принятым Министерством юстиции, эта численность сократилась на 240 тысяч. В некоторых следственных изоляторах перелимит достигал 2-4 раз. Сейчас в большинстве СИЗО «вошли в норму», лишь в небольших городах остается небольшой перелимит. Ведется строительство новых и реконструкция старых учреждений, в первую очередь, следственных изоляторов.

Увеличилось финансирование. Человек, попавший в места лишения свободы, встречает там сносные условия содержания, доброжелательное отношение сотрудников. Поэтому в большинстве колоний удалось перейти от атмосферы конфронтации к сотрудничеству между осужденными и представителями администрации.

Немалую роль играет в этом процессе религия. В наших учреждениях построено более 300 культовых зданий, есть свыше 600 молитвенных комнат, действует 260 воскресных школ (библейских курсов), созданы видео- и аудиотеки, библиотеки духовной литературы, проводятся передачи по местному радио на религиозные темы. Священнослужители и миряне помогают сотрудникам проводить воспитательную работу.

Перед сотрудниками поставлена задача соответствовать международным требованиям. Для этого УИС Минюста России располагает достаточно развитой сетью образовательных учреждений, осуществляющих профессиональную подготовку специалистов. У нас есть шесть ВУЗов, Академия, учебные центры. Мы можем обучить вновь принятого сотрудника и повысить квалификацию того, кто уже работает.

— Прошло больше десяти лет, как представители религиозных конфессий стали регулярно посещать пенитенциарные учреждения. Как сейчас воспринимают сотрудники их деятельность?

— Сколько лет мы были атеистами? Правильно, много. Сотрудник знал: чтобы продвинуться по службе, ему следовало вступить в комсомол, а потом — в партию. Верите Вы в резкое изменение мировоззрения? Если он был атеистом и остается на своих позициях, ему трудно перестроиться. Руководство от него этого и не требует. Главное — добросовестное исполнение своих должностных обязанностей. Тот, у кого в роду были верующие, активно сотрудничает со священнослужителем. Тем не менее, и тот и другой сотрудник понимают, что религия благотворно влияет на сознание осужденного, поэтому воспринимают приход служителей культа положительно.

Один сотрудник отвечает за безопасность, другой — за охрану, третий — за воспитательную работу. Каждый из них в разной степени контактирует со священнослужителем, может ходить в храм, молельную комнату. Убедить их стать верующими должен священник. В этом, на мой взгляд, и заключается его миссионерская деятельность. Он должен помочь сотруднику найти дорогу в храм.

Есть много примеров внимательного отношения священнослужителей к духовным запросам сотрудников. Они не делят паству на осужденных и представителей администрации, а заботятся о душе человека.

К сожалению, есть примеры, когда духовных лиц не затянешь к осужденным. Мы понимаем, что они заняты на своих приходах, и не обижаемся на них. Вину мы возлагаем на заместителей начальников учреждений по воспитательной работе. Значит, они не смогли установить контакт с епархиальными архиереями. Но и руководители епархий должны идти навстречу нам.

Культовые сооружения возводятся не на государственные деньги. Средства находят сами осужденные, их дают спонсоры. Где собирается больше верующих, где руководство учреждений лояльно относится к их чувствам, там и воздвигаются храмы. А где формально относятся к влиянию религии, там и результатов нет.

Мы не учитываем наличие культовых сооружений в отчетных документах и не соотносим их напрямую с обстановкой в учреждении: дескать, появился храм, значит улучшилась дисциплина. В то же время мы не можем не констатировать, что те, кто ходит в храм, общается со священнослужителем, ведут себя лучше, не допускают грубых нарушений режима содержания.

Положительное влияние оказывает религия и на сотрудников.

В отчетах на заседании секции священнослужители сетовали на то, что являются лишь требоисполнителями, и поднимали вопрос о возможности введения института капелланов. А кем хотят видеть их сотрудники правоохранительных учреждений?

— Очень сложный вопрос. Я был в Германии и знакомился с постановкой этого дела. У них в некоторых учреждениях есть даже два служителя культа: лютеранин и католик. Хотя паствы «кот наплакал». Храм посещают процентов 20 заключенных, а истинно верующих и того меньше.

Кем, на наш взгляд, является священнослужитель? Прежде всего, это психолог. К нему осужденные и заключенные идут сами. Он, если можно так сказать, отпуская грехи, снимает с их душ тяжелые камни. Он и режимник, так как проповедует им библейские заповеди: не убий, не укради, почитай начальство. Порой ему достаточно побеседовать с осужденным, и тот прекращает нарушать требования режима. И, конечно, он воспитатель. Своими проповедями он призывает совершать лишь благие дела.

По материалам газеты "Мир всем"
 
< Пред.   След. >
 

© 2006 г. ПОБЕДА.RU

При использовании материалов сайта ссылка (в Интернете - гиперссылка) на сайт ПОБЕДА.RU обязательна.

 

 Наверх !  Яндекс цитирования
 Риза . Патриотическая  книга